Ольга · Марк

Со 2 октября 2008 г. Общественный фонд «Мусагет» (г. Алма-Ата) проводит серию поэтических встреч и международных семинаров по писательскому мастерству и арт-менеджменту для писателей из регионов Казахстана.

1. Семинар Андрея Василевского, главного редактора журнала «Новый мир», Россия.
2. Семинар Дмитрия Кузьмина, главного редактора журнала «Воздух», Россия.
3. Семинар Олександра Кабанова, главного редактора журнала «Шо», Украина.
4. Семинар Евгения Абдуллаева, соредактора журнала «Малый Шелковый путь».

Справки по тел. +(727) 376-52-00.

30 сентября — 1 октября в г. Алма-Ате пройдёт III ежегодная Международная конференция главных редакторов русскоязычных литературных журналов стран СНГ, организованная общественным фондом поддержки культуры и гуманитарных наук «Мусагет» и литературно-художественного журнала «Аполлинарий» (www.musagetes.com).
В работе конференции участвуют редакторы литературных изданий из Казахстана, России, Украины, Узбекистана. Конференция будет посвящена обсуждению следующих тем:
1. Создание международной литературной премии за лучшее художественное произведение года, написанное на русском языке и изданное в литературном периодическом издании за пределами России.
2. Читатель русской литературы: кто он и где находится? О проблемах популяризации русской литературы за пределами России и о доступе к русской книге зарубежного читателя.
3. Формы взаимодействия русских литературных изданий разных стран.
4. Литература как способ диалога в ситуации политической нестабильности.

13—14 ноября 2007 г. в Алматы в санатории «Алатау» Общественный фонд «Мусагет» при поддержке Посольства США в РК проводит Международную конференцию главных редакторов литературных журналов стран Средней и Центральной Азии и России.
Подробнее здесь.

Герой прошедшего теледня — маньяк. Тот, кто позволяет себе решать: кому жить, а кому уже нет.
Тема смакуется СМИ. Лицо маньяка — крупным планом — преследует телезрителя.
Обществу необходим маньяк. Необходимо персонифицированное зло. Не всегда ясны мотивы этого зла, но зато — вот оно, с глазами и ушами, руками и ногами. Ограничено, следовательно, может быть отгорожено. И тогда — ужасаться и восторгаться, приговаривать: «Надо же, кто мог подумать, встретишь — решишь обычный человек».
Маньяк — средоточие несправедливости, случайности зла и возможности торжества порядка.
Болезненная страсть к подобным сюжетам, их смакование с удовольствием — тоже маньячное пристрастие, поразившее многих.
Маньяку легко быть знаменитым. Быстрый путь к звёздности. К нему – не в страхе, в восторге ужаса - обращены миллионы глаз. «Исповедь лондонского вампира» блекнет, потому что в ней всё же попытка осмысления более глубокого, чем просто страх и отвращение. Сейчас метафизика уже не к чему, сёйчас лишь бы больше фотографий полуразложившихся и расчленённых тел, фотографии, показ которых никто не считает вандализмом.

В.Рубаков:

"...природа темной энергии — это главная загадка фундаментальной физики XXI века".

http://elementy.ru/lib/25560/25565

«Встречаемся только на похоронах. Раньше иногда еще хоть на свадьбах…», — сказал стоявший рядом со мной молодой человек. Так, официально, — «молодой человек». Вообще-то троюродный брат, о чём вспоминаю после некоторого исчисления родства.
Родственники действительно исчезли. Только немногие самые близкие — родной дядя, родная тётя… Стремительно отодвигаются двоюродные. И начинают стираться лица троюродных и далее, исчезать, оставляя лишь фрагментарные пересказы историй жизни, о которых узнаёшь на таких вот, далеко не радостных, встречах.
«Т. вышла замуж, ипотеку сразу взяли. Говорят, уже первенец родился. В. потерял работу, хочет в Астану перебраться, там все нужны. Н. сломала ногу — почти полгода лежала».
Ещё считают нужным узнавать новости друг о друге, ещё сохраняют связь имён, но рода нет, нет родни.
Вспоминаю знакомую уйгурскую семью. Постоянно в заботах, съедающих личное время и личные желания, то о больной четвероюродной тётушке, которую нужно посетить, которой нужно помочь, то о приданом для двоюродной племянницы, то о сборе денег на образование чьего-то внука, то об обрезке сада дядюшки, степень родства с которым и установить уж трудно. «Ой-ей-ей, целыми днями то одно, то другое! Родни много, хлопот много!», — причитают, но знают — за ними стена и они стена, которую не пробить ни временем, ни переменами этого мира.
«Это мои сродственники», — рассказывает старушка-соседка, указывая на фотографии в альбоме. Пожелтевшие снимки тридцатилетней давности…
«Наши соотечественники!» — пафосно вещают политики на российских телеканалах… Еще готовы — если не на свадьбу, то хотя бы на похороны.
Отсутствие сопричастности родне, роду. Народу, биологическому виду.